Башкирские археологи исследуют аномальные погребения бронзового века

a31a54668cf8ebbbdc5a164142f31bcf - копия

Кандидат исторических наук Татьяна Леонова, сотрудник ГБУЗ РБ Бюро судебно-медицинской экспертизы Константин Горшков — проводили комплексные исследования эпохи поздней бронзы на территории Южного Приуралья. В этой работе нам помогали археологи из Оренбурга и Самары, а также зарубежные коллеги — сотрудники Стокгольмского университета (A. Götherström, M. Krzewinska). В ходе исследований мы сделали следующий вывод: во второй трети II тысячелетия до н.э. (поздний бронзовый век) в Южном Приуралье складывается особая, миксовая культура, в которой одновременно, в одном слое, встречаются археологические материалы срубной, абашевской и алакульской археологических культур. Почему так произошло? Ведь эти культуры должны были поочередно сменять друг друга. И главный вопрос — почему на территории Башкирского Приуралья в период позднего бронзового века встречается большое количество экстраординарных (аномальных) погребений. С чем это связано? И почему эти погребения появляются в данный период? Это феномен или обычная погребальная практика?

Проблемы экстраординарных захоронений активно исследуются, начиная с 1920 — 1930-х гг. Однако наибольший интерес исследователей они вызывают только в 60-е годы прошлого века. Это связано с появлением англо-американской процессуальной, а затем и постпроцессуальной археологии, которая широко применяла этнографические параллели для реконструкций древних обществ.

В 30-е годы XX века в Советском Союзе зародилось такое крупное направление советской археологии, как социоархеология, которая исследовала общество и социальные отношения, делала реконструкции обществ. Однако уже в 40-е годы от социоархеологии, как явления, не осталось и следа.

Поэтому сегодня, чтобы расшифровать экстраординарные погребальные комплексы, понять их причину и социальную значимость, мы обращаемся к опыту англо-американской и континентальной археологии.

Сегодня концепция расшифровки экстраординарных захоронений строится на базовой схеме анализа аномальных захоронений, которую придумал Меер Орлак (Meyer-Orlac,1997). Он разделил экстраординарные захоронения на четыре категории: позитивное — негативное, сакральное (ритуальное) — нейтральное.

В 2012 году по результатам работы международных конференций в Нюрнберге и Бремене, посвященных изучению эпохи, была поставлена проблема — являются ли экстраординарные погребения регулярными. Обычная ли это практика для ранних обществ? Это показатель маргинальности или показатель социального отчуждения? Позитивная ли это практика? В нашем случае, в случае ранних обществ и бедности погребального инвентаря, причинами «символических» захоронений могли являться экстраординарное состояние здоровья и особые причины смерти погребенного, дискриминация по признакам пола, возраста или социального статуса.

Мы не первые, кто изучает памятники позднего бронзового века на территории нашего региона. В прошлом веке исследованиями памятников позднего бронзового века Волго-Уральского региона занимался Константин Сальников. Он выделил основные ареалы археологических культур и их хронологические рамки. Большой вклад в изучение памятников позднего бронзового века внесла Варвара Яхимович. Она впервые с помощью радиоуглеродного метода датировала археологические памятники, которые мы продолжаем изучать и сегодня.

Проблему экстраординарных погребений в рамках срубно-алакульских взаимодействий на территории центральной Башкирии позднего бронзового века исследовала и Наталья Рутто.

Объектом исследования нашей лаборатории (научно-образовательная лаборатория «Методологии и методов гуманитарных исследований», создана на базе Института исторического и правового образования БГПУ им. М. Акмуллы в 2005 году — прим. ред.) является Казбуруновский археологический микрорайон. Он расположен в бассейне реки Уршак, занимает площадь чуть больше 23 квадратных километров и характеризуется большим количеством экстраординарных погребений. Здесь находится группа из пяти поселений и четырех курганных могильников.

Казбуруновский археологический микрорайон выделяется в особую зону. Как и все Южное Приуралье, и Башкирское Приуралье в частности, он является контактной зоной двух крупных групп археологических культур. С одной стороны, территория восточной части занята андроновской (алакульской) культурой, которая охватывала также как южную часть Сибири, так и Центральный Казахстан. С другой — в западной части — мы видим срубную культурно-историческую общность. Обе эти традиции имели устойчивую погребальную практику. Однако на нашей территории эти две погребальные традиции, совмещаясь, дают, на наш взгляд, высокий всплеск экстраординарных захоронений.

Какой период мы исследуем? Упомянутый выше Константин Сальников выделил XVI — XV века до н.э., как период развитого этапа срубной и алакульской культур на нашей территории. Сегодня, благодаря радиоуглеродным методам, которые в полном объеме были применены на памятниках Казбуруновского археологического микрорайона, нам удалось датировать всех погребенных, что было сделано впервые в нашей республике. Поздний бронзовый век на территории центральной Башкирии датируется 1890 – 1750 годами до н.э. (Датирование было проведено в Лаборатории Beta Analytic [Великобритания, США], включая AMS-датирование.)

Очень часто нам, археологам, задают такой вопрос — как вы находите свои археологические памятники? Мы пользуемся как старыми методами, которые появились еще в 60-е годы прошлого века, например, аэрофотосъемкой, так и новыми — космоснимками. Сегодня мы можем применить и GPS-картографирование для того, чтобы в радиусе 15 — 50 метров уточнить локализацию конкретного объекта археологии.

Наш коллектив впервые для памятников эпохи позднего бронзового века Южного Приуралья применил метод 3D-реконструкции и 3D-моделирования площадок археологических памятников, входящих в исследуемый микрорайон.

В четырех курганных могильниках Казбуруновского археологического микрорайона были исследованы 17 курганов и выявлено 37 погребений. В пяти курганах было обнаружено семь экстраординарных погребений с каменными цистами, захоронением черепов и ног лошадей, один кенотаф и одно парное погребение.

В общепринятом понимании курган — это надмогильная насыпь высотой от 5 до 10 метров. У нас же курганы очень маленькие, их высота всего лишь 8 – 25 сантиметров. Если мы имеем дело с курганом свыше 50 сантиметров, то это просто удача.

Как уже говорилось, наблюдаются две погребальные традиции — срубная и алакульская. В одном кургане можно обнаружить и совмещение двух традиций.

В чем заключается «экстраординарность» захоронений, найденных в Южном Приуралье? Во-первых, это погребения на территории поселений. Во-вторых, одна могильная яма — это не всегда один погребенный (считалось, что в одной могильной яме должен быть только один погребенный). В-третьих, экстраординарные положения умерших, а также наличие экстраординарных вещей, которые мы встречаем в могилах.

На этом фото мы видим погребенного в срубной культурной традиции. Что здесь интересно?

f534791115f00c8ae90e91a11a39ee15

Дело в том, что погребенный имел расчленения скелета, кости в могиле располагаются не в анатомическом порядке. Что хотели показать этим соплеменники погребенного — ответить на этот вопрос непросто.

Здесь мы видим курганный комплекс, который полностью покрыт камнем.

a1834647fa

Имели место заготовки могильных ям. Однако никаких погребенных в данном кургане не было. В европейской археологической традиции такие курганы называются кенотафами (с греческого это переводится как «пустая» или «священная» могила). Опять-таки, что хотели сказать этим наши древние предки? То ли их соплеменники умерли где-то на стороне, и не было возможности похоронить их здесь, то ли это был некий ритуальный комплекс…

Здесь мы видим парное погребение мужчины и женщины.

116ea7d833ebc07216cebf9203ad1a08

Нам удалось установить, что женщине около 27 – 32 лет, мужчине – 35 – 49 лет.

a31a54668cf8ebbbdc5a164142f31bcf - копия

У мужчины была сломана левая берцовая кость. Причем она срослась: это говорит о том, что человек получал очень серьезный уход. Стало быть, общества того времени были достаточно социализированы.

Пока нам сложно объяснить смысл парного захоронения. В настоящее время фрагменты костного материала проходят палеогенетические (aDNA) исследования в Археологической научно-исследовательской лаборатории Стокгольмского университета.

Если говорить о количестве погребенных в экстрардинарном формате, то ситуация следующая. Мы обнаружили фрагменты скелетов семи мужчин и трех женщин. В двух случаях причиной смерти стало убийство, что фиксируется на костном скелете. Также мы обнаружили останки двух детей в возрасте от 9,5 месяца до полутора лет. У одного из детей был гнойный отит. Судя по микрорельефу височной кости, можно сказать, что ребенок скончался от попытки какой-то операции. То есть 4,5 тысячи лет назад попытались произвести удаление кариозной кости (!).

Теперь что касается возраста погребенных. Девять погребенных скончались в возрасте 50 – 59 лет, один в возрасте 40 – 45 лет. Из общего количества погребенных выпадают люди, умершие в среднем возрасте, что тоже является серьезным вопросом. Возможно, с их телами проводились некие манипуляции, которые нам с точки зрения ритуала пока неясны.

Какие виды исследований мы используем? В настоящее время археологические исследования связаны с применением интердисциплинарных методов, среди которых использование радиоуглеродного датирования стало основополагающим. Однако мы применяли также методы палеопочвоведения, трасологии, остеологии, спектрального и технологического анализа керамики, а также aDNA-анализов (палеогенетика).

Палеогенетические исследования проводились на базе Археологической научно-исследовательской лаборатории Стокгольмского университета. Если ранее антропология не могла дать ответ о половой принадлежности подростка до наступления половой зрелости, то палеогенетический метод такой ответ дает. Здесь мы видим 14-летнего подростка, девочку.

50657fa6c97032416e14bd3c3f597ca6

Проведенное палеогенетическое исследование показало, что согласно гаплогруппе, выделенной у этого погребенного, подросток относился к западноевропейскому архаичному европеоиду. Мужчина же, погребенный рядом, относился к восточноевропейскому европеоидному типу, характерному для современной популяции русских, финнов и литовцев.

Палеогенетические исследования, которые мы проводим, еще не столь масштабны, но работа в данном направлении ведется активно.

Проведенный морфологический и технико-технологический анализ керамики, сопровождающей экстраординарные погребения, позволил выделить три группы керамического комплекса: смешанную, срубную и алакульскую, присущие Казбуруновскому археологическому микрорайону (технико-технологический анализ проведен в Самаре — кандидат исторических наук Наталья Салугина и в Оренбурге — кандидат исторических наук Людмила Краева).

На памятниках Казбуруновского археологического микрорайона были проведены палеопочвоведческие исследования (провела доктор географических наук Института географии РАН Александра Гольева). Положительные результаты были получены из погребения в каменной цисте: грунт из-под черепа обогащен не только валовым фосфором, но и фитолитами, что позволило предположить наличие под головой погребенного своеобразной «подушки».

Итак, современные методы, которые мы используем, позволяют ответить на несколько вопросов. Откуда пришло население Южного Приуралья? Как долго оно здесь жило, какими культурными традициями обладало? Мы можем сказать точное время его появления и исчезновения. Кроме того, можем сделать выводы о наличии тех или иных культурных, материальных и иных традиций, которые были характерны для этого населения. Судя по ритуальным традициям, можно уверенно говорить о том, что местное население имело устойчивые связи с населением северного Казахстана.

 

Автор: Ия Шутелева (Shuteleva), Николай Щербаков (Shcherbakov)