От Аркаима — до Рима

photo_567780_53fc908b380f2

Аркаим? Да, конечно, о нем знают все. Из степного межрайонного пограничья между Кизилом и Бредами поднялось «из земли», из древности слово «Аркаим» и облетело весь мир.
Здесь, на Урале, оно вошло в повседневную жизнь, в быт и будни. Но не заслонила ли слава сути? Вполне допустимо, что спросить «Что такое Аркаим?» — не банально. По крайней мере, такой вопрос ставит не кто-то, а сам Геннадий Борисович Зданович, создатель и собиратель всего, что вмещает в себя понятие «Аркаим».

Михаил Фонотов: Геннадий Борисович, такое впечатление, что об Аркаиме много сказано, но мало понято. Хорошо бы, чтобы наши читатели из первых уст узнали, что такое Аркаим. Я знаю, что вас не единожды уличали в том, что вы хвалите «свое болото». Пусть на этот раз вас это не смутит. Скажите, как думаете. Скажите ту правду, которую лучше вас не знает никто. Вашу правду: что такое Аркаим? Что такое Аркаим во времени и в пространстве?

Геннадий Зданович: Очень трудно подобрать фразу… В прошлом году исполнилось 25 лет с того времени, как был открыт Аркаим. До этого события у меня была уже приличная археологическая биография.

im416_398

Я поработал в степях Украины и юга России, в Центральной Азии и Сибири. Но один взгляд на план Аркаима перевернул все мои представления о бронзовом веке. Первую глазомерную съемку мне вручили молодые специалисты — археологи Сергей Боталов и Вадим Мосин, в тот памятный день я принимал экзамены в ЧелГУ у первого курса. С этого мгновения я вижу Аркаим как звездный час истории российского пространства, а если более полно, — «осевое время» всей Евразии.

— Пожалуйста, сначала о том, что было до Аркаима.

— Конец каменного века, неолита, — и начало эпохи меди–бронзы. Это — последние вехи первобытности. Представьте себе наши челябинские степи и лесостепи в IV-III тыс. до н.э. (5000-4000 лет назад). Здесь живут охотники и собиратели, рыболовы и ранние скотоводы. Основу жизнеобеспечения составляет потребляющее хозяйство: человек использует для своих нужд то, что создано самой природой: добывает зверя на охоте, ловит рыбу, собирает грибы и ягоды.

— Я это подчеркну — «потребляющее хозяйство».

К концу III тысячелетия климат в степи становится все суше, сокращается количество диких животных, на междуречьях высыхают травы. Чтобы обеспечить себе жизнь, люди степи должны были найти новые формы ведения хозяйства. А это прежде всего полный переход степи на производящее хозяйство.

— Подчеркну и это — «производящее хозяйство».

— В новых условиях люди потребляют то, что производят сами, — выращивают домашний скот и возделывают землю. Исторически это очень длительный и сложный процесс. Он был связан не только с конкретными природными условиями, не только с умением ухаживать за скотом и растениями, но и с радикальным изменением человеческой психологии.

— Простите, но можно подумать, что это было начало сельского хозяйства.

— Нет, это начало всего современного хозяйства, включая металлургию. И это — великое начало. Стремительное освоение нового.

— И аркаимцы в этом смысле были первыми на всем пространстве Евразии?

— Можно смело говорить, что все степные культуры от Северного Причерноморья до Южной Сибири и Китая начиная с неолита шли по пути освоения хозяйства производящего типа. Но не так легко и просто это осуществлялось. Это был грандиозный эксперимент. Новое в культуре накапливается очень медленно, но реализуется обычно в форме взрыва. История должна была выбрать только место и время, чтобы реализовать генеральную идею рождения новой культуры. Для великой степи все сошлось на Южном Зауралье рубежа III-II тысячелетия до н.э. Здесь нашло воплощение все самое передовое для своего времени, все, что находилось в зародыше в разных концах степного евразийского пространства.

— Геннадий Борисович, что касается места и времени, пожалуйста, подробнее.

— Начнем с места. У подвижных охотников и скотоводов (их называют людьми ямной культуры) должна была возникнуть серьезная потребность в длительной остановке. Оседание ямных племен в Зауралье было определено наличием здесь многочисленных выходов медных руд, прежде всего малахитов и азуритов. Окисленные руды, карбонаты меди легко поддаются переработке. Так что первоначальная оседлость населения Южного Зауралья была связана с возросшей потребностью в меди.

Достижениям в развитии металлургии способствовали наличие леса (топлива для металлургических печей) и выгодное географическое положение. Именно здесь, в челябинском Зауралье, лежит великий водораздел европейских и азиатских рек. Это единственное место на географической карте евразийского материка, где теснейшим образом переплетаются истоки сибирских рек и Северного Ледовитого океана с водами Каспия и Средиземноморья (на протяжении антропогена Каспий неоднократно соединялся с Черным морем). Можно образно сказать, что с челябинского пенеплена (бывшей горной, а ныне выравненной местности) реки текут во все стороны света.

Давайте посмотрим с высоты нашего времени на эпоху Аркаима и Синташты. Мы должны признать, что Южное Зауралье было идеальным местом для зарождения цивилизационных процессов. Обратите внимание, исследования (Л.И. Мечников, А.Д. Тоинби, Л.Н. Гумилев и др.) однозначно убеждают, что зарождение и развитие выдающихся очагов культуры происходили в районах, которые отличались контрастными ландшафтами. Только на стыках природных зон — гор и равнин, моря и суши, крупных речных долин и междуречий — рождались новые формы социального бытия и новые технологии. Здесь созревали яркие прорывы духа и первые «зерна» ноосферы, которые В.И. Вернадский и П. Тейярд де Шарден связывали с поздним неолитом и бронзовым веком.

1830084e672ad76c80d

Детальные исследования в области историко-географических взаимосвязей принадлежат Л.Н. Гумилеву. Им составлена «Карта территорий, где возникали новые этносы». При этом он использовал термин «месторазвитие»: «Далеко не всякая территория может оказаться месторазвитием. Так, в пространстве Евразии на всей полосе сплошных лесов не возникло ни одного народа, ни одной культуры. Все, что там есть, было привнесено с юга или с севера. Чистая сплошная степь тоже не дает возможности развития. …Подлинным месторазвитием являются территории сочетания двух и более ландшафтов. Это положение верно не только для Евразии, но и для всего земного шара».

Л.Н. Гумилев во всем мире выделил всего 16 регионов активного этногенеза. Открытие Аркаима и Страны городов позволяет отметить еще один – 17-й регион «месторазвития».

— Значит, не все территории на земле равнозначны? С этим мы разобрались. А теперь вторая часть вопроса — время. Как увидеть Аркаим среди других исторических явлений и событий? Где он помещается? Например, Аркаим и Рим.

Рим намного младше Аркаима. Между ними лежит огромное временное поле — более тысячи лет. Для осознания времени бытования аркаимских людей лучше обратиться к цивилизациям Ближнего Востока — к Египту, Месопотамии, Средиземноморью, к тому, что нам известно со школьной скамьи. Что было в этих странах в конце III — начале II тысячелетия до н.э.?

Египет этого времени ученые относят к Среднему царству. Знаменитые пирамиды фараонов Джосера, Хуфу и Хафра стоят уже несколько веков. Но строительство пирамид активно продолжается. Правда, они не такие монументальные, как прежде. Интересно, что к эпохе Среднего царства в Египте, в отличие от Аркаима, век бронзы еще не наступил. Там в ходу медные и каменные орудия труда. Широкое применение бронзы (сплав меди с оловом) происходит только к XIV-XII вв. до н.э., то есть к концу 11 тысячелетия до н.э. — на несколько веков позже. Еще один интересный факт — «солнцепоклоннический переворот». Утверждение Солнца как главного Бога в Зауральских степях произошло, кажется, намного раньше, чем в Египте.

Колесницы и лошади появились в Египте где-то около 1700-1600 гг. до н.э. Некоторые исследователи связывают этот факт с активным перемещением индоевропейских племен. Между прочим, в это время Центральная и Западная Европа все еще лежат в первобытности. Здесь почти повсеместно господствуют охотники и рыболовы…

— А что происходит в Двуречье?

— В Месопотамии второй половины III — начала II тысячелетия до н.э. возникают восточные деспотии. В царстве Шумера и Аккада главным городом становится Ур. У власти утверждается третья династия. Первые цари начинают с организации оросительных систем и строительства храмов. Утверждается новый тип храма — зиккурат. Это многоступенчатое пирамидальное сооружение на грунтовой «подушке». Кстати, Большой Синташтинский курган, сооруженный в аркаимскую эпоху на рубеже III-II тысячелетия до н.э., является совсем не отдаленной аналогией месопотамскому храму — зиккурату.

img-2842-izmenenie-razmera

— А в Средиземноморье?

— Конечно, это эпоха знаменитых дворцов Крита. Позднее культуру назовут крито-микенской. Время, от которого сохранились замечательные мифы о Дедале и Икаре, о Тезее и Ариадне. Интересно было бы исследовать, как переплетаются лабиринты Аркаима и Страны городов с лабиринтом архитектора Дедала, который тот создал по заказу царя Миноса. И понять, имеет ли эта перекличка какое-то историческое содержание…

Минойская цивилизация с ее дворцовыми сооружениями сильно пострадала при извержении вулкана на острове Фера (Санторин). Это произошло около 1625 г. до н.э. Миф об Атлантиде часто связывают с этим событием. Вопрос: не является ли пепел, который отмечали при раскопках Аркаима (А. Гаврилюк, И. Иванов), пеплом Санторина?

И еще. В начале II тысячелетия из евразийских степей в Элладу вторгаются волны индоевропейцев. Они называли себя ахейцами. Они привели с собой лошадей, запряженных в двухколесные колесницы. Ахейцы пришли для того, чтобы через какое-то время создать Афины, весь материковый и островной греческий мир и, в конце концов, европейскую цивилизацию.

У нас нет возможности, даже в нашем длинном интервью подробно останавливаться на достижениях цивилизаций Древнего мира. Но, уверяю вас, они по целому ряду параметров в значительной степени сопоставимы с достижениями Страны городов.

Михаил Фонотов. Геннадий Борисович, а теперь — главное: куда мы поместим Аркаим в истории человечества?

bb9a84c05be0045

Геннадий Зданович. Это серьезная и сложная задача. Дело в том, что мы мыслим с позиций XIX-XX столетий и убеждены в том, что история человечества делалась на Ближнем Востоке, в Египте и Средиземноморье… Все остальное малозначительно или вторично. Этому нас учили и учат со школьной скамьи. История степных народов — это просто фон, малозначимые декорации для подлинных творцов истории.

Появление Аркаима как исторического факта продолжает оставаться для большинства историков сенсацией и феноменом, недоступным объяснению.

Но главное в том, что мы сами, россияне, не готовы к восприятию открытия Аркаима как одного из выдающихся событий истории Отечества. Мы не можем себе представить, что на заре человеческой истории люди, жившие на берегах Уя, Гумбейки, Синташты, Караганки и многих других наших степных рек, создали культуру, которая по своим достижениям не уступала цивилизациям Древнего Востока.

Обратите внимание на то, что все древнейшие цивилизации Востока возникли в зонах мягкого субтропического климата, в долинах великих рек — Нила, Евфрата, Инда, Хуанхэ. Наносные плодородные почвы самым благоприятным образом способствовали развитию земледельческого хозяйства. И вдруг в степи, в условиях жесткого климата возникают общества с цивилизационными параметрами! Я восхищен аркаимцами. Их жизненной энергией и жаждой творческого освоения суровой природы уральского края.

Давайте представим, что какие-то люди с Синташты и Аркаима с помощью своих лошадей и колесниц попадают на восточное побережье Средиземного моря, в города Месопотамии или Индии. Человек с Урала точно не чувствовал бы себя отсталым в центрах тогдашних цивилизаций. У ворот Трои он снисходительно будет смотреть на размеры города и его укреплений (к концу III тысячелетия до н.э. диаметр фортификационным сооружений составлял всего 100 м, то есть в пределах аркаимской цитадели).

В городских пределах аркаимский человек увидит длинные прямоугольные здания — мегароны. Внутри световые колодцы и лестничные клети. Ряды колонн-столбов разделяют пространство дома на удлиненные части — нефы. Зайдя в дом 102 (по археологическому учету), уралец будет поражен почти полным соответствием мегарона (размер дома 18,8×7 м) со своим жилищем на Аркаиме. Но в мегаронах Трои обитают царская семья и знать. А дома укрепленных центров Страны городов со всеми их удобствами — каминами и печами, водоснабжением и уютом — предназначены для всех жителей человеческого коллектива и их богов, всех без исключения.

b5e22afe7518bc1

— Происхождение греческого дома-мегарона спорно. Не заимствован ли принцип построения этого дома у жителей уральских и поволжских степей?

— Широкому распространению аркаимского прямоугольного дома с несущими колоннадами способствовали его простота и четкость архитектуры. Лаконичность дома и его интерьера подчеркивается массивностью кладки стен и, вероятно, гладкостью оштукатуренных поверхностей в сочетании с деревянной облицовкой нижних ярусов.

Аркаимцы знают свойства камня и умеют прекрасно его обрабатывать, но для строительства домов камень они почти не используют. Камень не держит тепло. Для сурового климата северной степной Евразии лучшим материалом является сочетание дерева и грунта. Так что отсутствие каменной архитектуры на Урале в эпоху бронзы — это не неумение и не недостаток, а замечательное достоинство древних мастеров.

Посетив погребальные сооружения древних греков, аркаимский путешественник увидит купольные гробницы в виде полусферы и ведущие к ним коридоры — дромосы. А на акрополе Микен ему покажут «шахтовые» сооружения с круговыми оградами из вертикально стоящих каменных плит. Все это зримо напомнит путешественнику его родной Урал и могилы его предков, которые уже сотни лет стоят в степи, — глиняные купольные сооружения, окруженные земляными кольцами и рвами.

Араимский человек был бы удивлен, если бы ему сказали, что Троя — самый древний город с правильной планировкой (как сегодня мы читаем в научных изданиях). В Трое действительно были попытки планирования и рационального размещения зданий. Но эти попытки не идут ни в какое сравнение с детально продуманными планировочными системами укрепленных центров Страны городов.

20c6bcf6a374

Сам Аркаим с его кольцевыми и радиальными стенами, с верхними и нижними улицами, системой водоснабжения и коммуникациями являлся выдающейся победой аркаимских архитекторов над пространством. Я не преувеличиваю, называя строителей Страны городов Архитекторами и Строителями с большой буквы. Они действительно были создателями древнейших в мире градостроительных планов (почти в современном смысле этого слова). Не только создателями, но и реализаторами этих планов.

Очень важно понять, что Южное Зауралье рубежа III-II тысячелетия до н.э. дает представление о самостоятельном центре урбанизации. Об этом свидетельствует саморазвитие архитектурных концепций — от овальных поселков к кругам и квадратам. Здесь результат самостоятельных поисков, а не заимствование у южных культур или цивилизаций, где совсем другие корни городских образований.

— Интересно, как было организовано общество, в котором жили люди Аркаима и Синташты? Как принимались решения, важные для всех членов коллектива?

— По своим количественным параметрам человеческие коллективы Аркаима и Синташты, кажется, отвечают «среднемасштабным обществам». Численность коллективов здесь определяется, в среднем, 2-3 тысячи человек, радиус освоенной территории – 25-30 км, видна четкая тенденция к урбанизации. И все же мы видим в аркаимских артефактах целый ряд особенностей. Например, отсутствие социальной дифференциации. Ни на поселениях, ни в погребальной практике, по нашему мнению, нет свидетельств, которые бы подчеркивали разницу между бедными и богатыми.

Думаю, что прямых аналогий аркаимскому обществу мы не найдем. Вероятно, оно было очень похоже на греческий полис в том его демократическом варианте, который сформировался в Афинах. Сегодня в научной литературе разработано понятие «синташтинский протополис». Оно мне очень симпатично. И здесь аркаимцы были впереди эпохи. Почти за тысячу лет до греков они попытались выйти на ту форму общественного устройства, которая, в конце концов, определила развитие всей европейской культуры.

В общем, это было общество, которое шло по пути цивилизации, но шло своей особой дорогой. Итогом этого пути, вероятно, не должно быть государство. Скорее, это попытка создания какого-то не известного нам и не утвердившегося на Земле общества, в котором наличие власти не предполагало насилия.

arkaim2

— А как принимались решения?

— Вглядитесь в планировку Аркаима и вы легко можете представить это действо. Старейшины собираются на площади у Главного очага. Старейшины — и мужчины и женщины — это признанные главы семьи «Большого аркаимского дома». «Авеста» их называет «домохозяевами». Остальные взрослые жители поселка собираются на крышах жилищ цитадели, этом огромном амфитеатре. Оттуда все прекрасно слышно, видны все ритуалы и все церемонии, которые предшествуют серьезным разговорам. Уже потому, что действие само по себе полностью открыто, в выработке решений в той или иной степени участвуют все.
Итак, будем считать, что в процессе обсуждения и всеобщего одобрения решение принято. Общая «законодательная» встреча завершается яркими обрядами, где ведущие роли играют женщины — главные жрицы и хранители традиций.

— Аркаимцы чтили женщину?

— Скажу однозначно: роль женщины на Аркаиме была чрезвычайно высокой, особенно в религиозной сфере. Стилизованные изображения Богини известны в костяной и каменной пластике Аркаима и Синташты. Особенно интересны погребения девочек и женщин с булавами и двойные погребения в позе объятий. В общем, в аркаимском обществе, во всяком случае в эпоху его расцвета, ведущую роль в отправлении религиозных обрядов играла женщина.
Аркаимское общество было, очевидно, «открытым» в эротическом плане. Среди вещевых находок часто встречаются изображения мужских символов. Они запечатлены в формах пестов, молотов, в антропоморфной круглой пластике.

Я воспринимаю аркаимский мир как юность человеческого рода. Здесь все внове, все непосредственно и прекрасно. В том числе любовь.

— Геннадий Борисович, в науке все чаще бывает так: ученый уходит в какие-то глубины, например, физические, в глубины материи, «возвращается» оттуда и говорит, что он наблюдал нечто невиданное, но не может обычными словами рассказать об этом другим. И у вас то же самое: вы были в Аркаиме бронзового века, в том времени, а объяснить его нам сложно.

— В чем-то вы правы. Грани этой культуры ярки и многообразны. Я не всегда понимаю их смыслы, но я ощущаю их свечение… Как передать эти ощущения вам и другим и при этом не оторваться от археологического факта?

— Однако вы ничего не сказали о письменности. А ведь это один из важнейших признаков цивилизации. Нас так учили. Но на Аркаиме и Синташте письменности нет.

— Впервые письменность появилась 5 тысяч лет назад на очень ограниченных территориях Древнего мира. Но не все народы пошли по пути развития письменности. Во многих обществах весь массив информации продолжали передавать через сложные орнаменты, детальную символику, вкрапленную в украшения и одежду. Особая роль в накоплении и передаче знаний отводилась ритуалам и обрядам, которые охватывали все сферы жизни, от рождения до смерти. И конечно, живое слово устного рассказа воплощало в себе все многообразие накопленного опыта. Более того, в «Авесте» жрецы «воюют» с попытками ввести письмо: записанное слово может быть использовано дьяволом, только устное слово священно, записи молитв вообще не допускались.

Я неоднократно писал о том, что в археологии Аркаима–Синташты все одухотворено. Культурный слой буквально насыщен следами обрядовой активности. Они увязаны с огнем, водой, домом, элементами его интерьера… Гипертрофированный характер обрядовой деятельности свидетельствует о необходимости зафиксировать разнообразные знания и передать их ближним и дальним потомкам. Вероятно, в ту эпоху, о которой мы говорим, хранение и трансляция информации через обряд и слово были более продуктивны по сравнению с письмом.

Еще один аспект. Аркаимцы хорошо знали небо и умели ориентироваться не только по сторонам света, но и в окружающем пространстве. В пределах поселения Аркаим было выявлено несколько точек, значимых для наблюдения за небесными телами. Эти точки связаны с восходом и заходом Солнца в дни летнего и зимнего солнцестояний, с движением по горизонту «высокой» и «низкой» Луны. Похоже, что люди Аркаима хорошо знали и движение планет. Азимут наблюдений проходил через геометрический центр поселения. Вообще, сам укрепленный поселок, протогород, оказывался размещенным в центральной точке мироздания, на воображаемой космической оси.

Сейчас я работаю над археологическими чертежами, связанными с архитектурой Аркаима. Я не могу без восхищения наблюдать, как аркаимские архитекторы строят круги, трапеции, прямоугольные треугольники, они знают принципы «золотого сечения». Я не могу понять изначальных единиц измерений, да это и не столь важно — важны пропорции, а пропорции аркаимских сооружений совершенны в своей гармонии. Вглядитесь в снимок Аркаима, сделанный с высоты птичьего полета, — он завораживает. Завораживает и увлекает, как высокое искусство.

Жители Аркаима — великие геометры. Они добивались гармонии не только в архитектурных решениях. Посмотрите на изделия из металла, глины, камня — сколь совершенны их формы. Люди, кажется, исходили из знания священных чисел геометрии. Но это было совсем не по Пифагору. Великий греческий математик (569 – около 450 г. до н.э.) через полторы тысячи лет недвусмысленно заявил, что цифры священны сами по себе. Аркаимцы во многом еще оставались составной частью природы, глубоко чувствовали ее пропорции и воспроизводили их. Они наблюдали математику в очертаниях раковины и рога, срубленного дерева, цветка и горного кристалла.

Посмотрите на сосуд эпохи бронзы, на его орнаменты — треугольники, ромбы, свастики… Я не говорю о смысле отдельных элементов и их композиций. Задайтесь вопросом, как люди, не вооруженные современным математическим аппаратом, создавали целостные рисунки, где безукоризненно сходятся «записи», имеющие начало и конец. И это на сосудах со всеми изгибами форм и «плавающими» диаметрами!

— Я и не заметил, как в вас убыло ученого и прибыло художника.

— С Аркаимом, кроме научных интересов, связаны и личные отношения. Это мои неудовлетворенные поиски идеального. Все замечательные порывы аркаимской эпохи могли быть совершены людьми, живущими по нравственным принципам. Нравственные принципы предполагают выбор не по соображениям выгоды или устрашающего приказа, а по велению совести, по зову добра и справедливости. Представьте себе: психологи утверждают, что истоки нравственности и духовности следует искать в каменном веке. Первобытные коллективы не могли бы выжить без взаимной поддержки, взаимного переживания. Любое проявление вражды приглушалось и пресекалось.

Так было в первобытности и в значительной степени сохранялось на первых этапах рождения государственности. По надписям египетских пирамид, по глиняным табличкам Месопотамии мы можем судить, как высоко ценились совестливость, порядочность и дружба. Накопление богатств и переход их в руки знати и жречества в корне изменило отношения людей.

Я внимательно наблюдаю, как мои аркаимские земляки подчеркивают равенство между собой и в жизни на поселениях, и в погребальных обрядах. Как они совмещают отдельные семейные дома с Большим аркаимским домом — в мирную Вселенную совместного бытия. К сожалению, нравственность не наследуется. Она не наследуется ни при смене общественных систем, ни при рождении ребенка. Каждое поколение, каждый человек заново проделывает свой путь и осуществляет свой выбор.

Может быть, это наивно, но я очень хотел бы, чтобы культурное наследие Аркаима и Страны городов, отраженное в науке, музеях и заповеднике, хоть чуточку способствовало прорастанию той нравственности, без которой будущее человечества не состоится.

Автор: Михаил Фонтов

Источник: http://www.карта74.рф/tourism/articles/from_arkaima_to_roma_continuation/